СтраницаНифагина

Наталья Нифагина Брянск

Говорим: «Первый брянский СТЭМ», — имеем в виду «Квартал 311». Говорим: «Квартал 311», — вспоминаем имя Натальи Нифагиной. Именно она ровно 35 лет назад создала в Брянске первый студенческий театр эстрадных миниатюр… А также вырастила несколько поколений стэмовцев, раскрутила фестиваль «Шумный балаган» и заставила город взглянуть на юмор поовому.

СТЭМ — это в первую очередь театр, а я всю свою жизнь занималась театром. Лет в десять впервые вышла на сцену и уже не смогла остановиться. В шестнадцать собирала соседей на свои маленькие спектакли. Один из них мне очень хорошо запомнился — про Долорес Ибарури, лидера испанских коммунистов. Не знаю, в какие дебри меня тогда несло!
Родом я из Норильска. Во дворе школы, где я учи- лась, была широкая лестница с резными перилами.Частенько мы устраивали на ней импровизированные спектакли: пели, танцевали, читали стихи, что-то  изображали, кого-то пародировали. И я всегда была в числе артистов-активистов.
Когда к родителям приходили гости, меня заставляли читать стихи. Я послушно выходила в центр комнаты и начинала декламировать: «Страна моя, Отчизна…» и так далее. Затем аплодисменты. «Браво!» «Бис!» Сейчас я уверена: всё, что есть во мне, — родом из детства.

По первой специальности я нефтехимик, по второй — инженер-строитель, по третьей — режиссёр. Когда я приехала в Брянск, то через некоторое время устроилась на работу в БТИ (ныне БГИТА). Конечно же, в первую очередь отправилась смотреть самодеятельность. Села тихонечко в актовом зале и стала наблюдать, как студенты репетируют «Василия Тёркина». Десять минут смотрю, двадцать минут — ничего не нравится, всё не так делают! Не выдержала —

что-то  подсказала, где-то  поправила, в чём-то помогла. И закрутилась, завертелась моя «самодеятельная» жизнь. Да так, что я и сама не заметила, с какого момента всё началось.
В конце 70-х появилась агитбригада «Факел». Мы ездили с концертами по местам дислокации студентов во время уборки урожая. Случалось даже в коровниках выступать, а я, как назло, коров очень боюсь. Так и приходилось, прижимаясь к стене, проходить мимо бурёнок к «сцене». В то время мы давали по четыре концерта в день — сто концертов в месяц!
Как только начиналась картошка, мы ездили с выступлениями по всей Брянской области. Плюс побывали на «гастролях» во многих тюрьмах и исправительных учреждениях.

В 1985 году определился статус нашего коллектива как студенческого театра эстрадных миниатюр и появилось название. Почему именно «Квартал 311»? Дело в том, что наш институт располагается в 311-м квартале. Решено! Кстати, потом по очереди начали появляться и другие «Кварталы». Например, «95-й квартал». Мы же всегда оставались первыми.
Вообще, интересно было наблюдать за плагиатом наших идей. Некогда была у нас интересная миниатюра: на сцене стояла швабра в парике, человек работал с ней, как с куклой, а потом в неё влюблялся. Мы эту миниатюру однажды показали, а потом много лет смотрели у других — в различных вариациях. И опять же приятно было осознавать, что мы первые.

Обманывать не стану, «Квартал 311» начинался с плагиата. Однажды после своих многочисленных агитационных туров мы поехали на фестиваль в Новомосковск, который в корне изменил наше понимание студенческого творчества. Представьте, 80-е годы, ещё глухое, зашоренное сознание масс, живём при социализме, про партию говорить нельзя. При этом в Новомосковске поют: «Есть партийный билет — на трамвай билета нет!» Мы были шокированы, мягко говоря.
Фестиваль продолжался четыре дня. По ночам мы вели долгие разговоры о том, каким должен быть СТЭМ, какие темы стоит обыгрывать и как привезти настоящий, задорный СТЭМ в Брянск. Решили начать с использования опыта других. Мы выбирали лучшие миниатюры, которые видели на разных фестивалях, и показывали их в Брянске.

Первым по хронологии был студенческий фестиваль в Новомосковске, второй — в Ровно, третий — в Курске, четвёртый — в Брянске. Свой «Шумный балаган» мы начинали в 1990 году. В то время «Квартал 311» был уже театром.
В первом фестивале принимали участие семь команд: из Калининграда, Ровно, Новомосковска, Брянска и т.д. Плюс приглашённые гости. В разное время среди гостей «Шумного балагана» были Лолита с Цекало, Ирина Аллегрова, Максим Галкин, Наталья Крачковская и многие другие. Максим Галкин выступал на третьем фестивале, но тогда ещё он не был так известен. На моё пятидесятилетие Костолевский с Мацапурой показывали отрывок из спектакля про короля Кина. Последними из приглашённых гостей были Александр Панкратов-Чёрный и Валера Золотухин.
Сейчас «Шумный балаган» стал настоящим брендом, поэтому дополнительная реклама в лице приглашённых звёзд нам уже не нужна. Справляемся собственными силами!

Из чего складывается репертуар «Квартала 311»? Долгое время мы работали на литературном материале. Первая моя остановка, ещё в составе агитбригады «Факел», — вечер поэзии, посвящённый Евгению Евтушенко. Затем были спектакли «Ход-ход, одесский пароход» по рассказам Михаила Жванецкого, «Жестокие игры» Алексея Арбузова, «Не со всяким спи, с кем хочется» Николая Островского. Работали также с произведениями Хармса, Райкина, Ленча, делали собственные миниатюры.
Да, произведения известных писателей-юмористов сами по себе интересны и хороши, но написаны они были сто лет назад. Не актуально. Нанять людей, которые профессионально пишут сценарии, — дорогое удовольствие. Остаётся единственный вариант — писать самим.
Расскажу, как рождался самый известный наш спектакль «Иван да Марья, или Безумный сон». Моя задумка заключалась в следующем: некому Ивану снится сон, будто в него влюбляется негритянка, с ними происходят различные приключения, и в итоге негритянка становится российской женщиной. Я предложила ребятам идею, а они разработали детали. Начало взяли из пьесы Николая Эрдмана «Самоубийца». В роли негритянки выступила студентка БГИТА по имени Мария Шалдина — под неё и придумывался спектакль. В итоге «Иван да Марья» принёс нам много побед!

Я всё думала, доживу до 50 и скажу: «Всё, ребята, 50 лет. Жизнь, как говорится, прожита. Устала — ухожу из СТЭМа». Не получилось так сказать.
Сейчас мне 65 лет, и я придумала новую отговорку, мол, шутим мы по-разному. Хотя я в СТЭМе режиссёр. К слову, первым нашим режиссёром был актёр БДТ Валера Мацапура. Именно с его спектаклем «Как закалялась сталь» мы впервые отправились на всероссийский студенческий фестиваль в Свердловске. Но Валера был занят во многих спектаклях, часто пропускал СТЭМовские репетиции, и он передал режиссёрские бразды правления мне. С тех пор шутки придумывают ребята, а моя задача — посмотреть, как это смотрится со стороны, выбрать лучшее.